«Ходим, унижаемся»: профессора раскритиковали систему финансирования вузов

Началась реставрация столичного Северного речного вокзала
РПЦ ответила на призыв Порошенко вернуться «домой, в Россию»
В чем PR ошибки президентской дочери Гульнары Каримовой?

Когда в российских вузах будут не «оказывать образовательные услуги», а давать качественное образование? Почему нашему профильному министерству следовало бы подумать о том, чтобы отказаться от пресловутой Болонской системы, «благодаря» которой вузы выпускают, мягко говоря, не совсем компетентных специалистов? Об этом и многом другом говорили в среду в Российском университете дружбы народов на открывшемся здесь Профессорском форуме 2019, на котором присутствовал и корреспондент «МК».

«Ходим, унижаемся»: профессора раскритиковали систему финансирования вузов фото: Наталья Мущинкина

После открытия форума и выступления его организаторов — ректора РУДН Владимира Филиппова и председателя Российского профессорского собрания профессора Владислава Гриба к трибуне подошел первый заместитель председателя Комитета Госдумы РФ по образованию и науке Олег Смолин. Он поздравил всех с наступающим Днем российской науки, который отмечается 8 февраля, и сразу перешел к конкретике:

— Вы все помните Послание российского президента Федеральному собранию, в котором определялась главная угроза для нашей страны: это нарастающее отставание. Определена была и главная задача — обеспечение экономического и технологического прорыва. Понятно, что без образования и науки это невозможно. Давайте посмотрим, как у нас с ними обстоят дела? Сегодня по финансированию образования мы 29 е среди стран — членов организации экономического сотрудничества и развития, по данным ВШЭ. И в 2019 году мы еще не достигнем уровня финансирования 2012 года!

По поводу поддержки науки, по словам Олега Николаевича, дела у нас тоже идут не так хорошо, как хотелось бы. Несмотря на то что международный норматив финансирования науки — это 2% ВВП. У нас, по прогнозу Комитета по образованию и науке Госдумы РФ, на 2019 год выделяется 0,38%, на следующий год — 0,39%, на 2021 год — 0,38%, то есть в четыре раза меньше, чем предусматривалось Указом президента от 7 мая 2012 года.

Высказался Смолин и по поводу технологий электронного обучения:

— У нас существуют две крайние точки зрения: электронные университеты — это либо халтура, либо панацея, ради которой мы должны отказаться от традиционных форм обучения. Мы, безусловно, выступаем за сохранение традиционных форм, а также за то, чтобы все-таки открыть дорогу электронным университетам, иначе мы проиграем на мировом рынке в борьбе за человеческий капитал. Во всех странах, от США до Китая, работают десятки электронных университетов, а у нас нет ни одного. Ни один до сих пор не прошел систему аккредитации. И один из камней преткновения — это отсутствие у таких университетов всей инфраструктуры, которая требуется в рамках государственной программы образования. То есть от электронных вузов требуют наличие медицинских кабинетов и физкультурных полей. Как нам ими обеспечить? Да никак! Выход мы видим в том, чтобы электронные образовательные учреждения заключали договоры с другими вузами для преподавания своим студентам физкультуры, как того требует закон об образовании.

После Смолина к трибуне поднялась замминистра науки и высшего образования Марина Боровская, на которую, как на представителя министерства, буквально набросились. Так, профессор Казанского национального технического университета поставил вопрос ребром: «Когда наша деятельность перестанет называться «оказанием услуг»? Мы хотим просто образовывать, а не оказывать услугу!»

— В какой именно части наименования деятельности беспокоит профессорское сообщество? — не поняла Боровская. — Я прошу на секциях сформулировать этот вопрос более четко.

Следующий вопрос касался оценки работы профессоров по публикациям в зарубежных журналах:

— Профессору важно, чтобы его читали коллеги и студенты, а у нас получается: если ты не публикуешься в Scopus или еще где-то, то ты уже и не профессор. Замечательно также участвовать в международных рейтингах. Но за них надо платить по 600 тысяч евро. Я не хочу эти деньги отдавать, зачем нам какая-то тетя Маша из-за рубежа, — восстановите свои, российские рейтинги! Прошу, услышьте нашу профессиональную профессорскую боль!

— А у меня такой вопрос: зачем нам недоделанный специалист, которого мы выпускаем после четырех лет обучения? — поднялся с места профессор Мичуринского государственного аграрного университета Александр Верзилин. — Мы хотим выпускать специалистов, за которых нам не стыдно, но принятая Болонская система этого не позволяет!

Боровская парировала:

— Ответьте мне на вопрос: вы ставите оценки выпускникам, задаете вопросы для проверки их знаний и компетенций? Тогда почему вы выпускаете таких специалистов?

Александру Верзилину, у которого к этому моменту отобрали микрофон, ответить так и не дали. Мы поговорили с ним после заседания, когда уже никто не мешал:

— Все дело в принятой западной системе обучения студентов, которая на порядок сокращает количество часов подготовки. Что значит для агрария практические занятия протяженностью в неделю? Да это ничто! А студенты, те, которые идут в учителя биологии, потом возвращаются и просят доучить их. Когда я учился, меня преподаватель заставлял залезать на дерево, чтобы как следует научиться обрезать веточки у яблони, по неделям! Пока не добивался, чтобы я делал это идеально, зачет не ставил. А у нас на всю практику — неделя! Да наши студенты потом даже на частном приусадебном участке работать не смогут! Или вот обязывают профессоров для подтверждения своего уровня писать по две работы в западные журналы. А знаете, сколько это стоит? Каждая статья — по 50 тысяч рублей! И зарабатывают на нас не наши, а западные предприниматели. Но это не все траты. Помимо всего прочего у нас сложилась система, что мы должны каждый год приносить в университет по 70 тысяч рублей в виде грантов, каких-то хоздоговорных работ и т.д. Видимо, наверху забыли, что учителя — это не бизнесмены. Что мы можем? Ну ходим, унижаемся, предлагаем свои услуги по озеленению. Все это идет очень вяло, а если не приносим вузу доход, на нас еще и косо смотрят.

Против публикаций в западных журналах на английском языке ярко выступила профессор-лингвист из Вологды:

— Наше стремление максимально ввести английский текст в наши научные публикации разрушает русский национальный стиль научной речи. (Бурные аплодисменты.) Требование входить в новые базы бессмысленно. Собирая вологодские диалекты, я не буду их переводить на английский, потому что те, кто ими интересуется, прекрасно знают русский язык!

В этом Боровская увидела логику и высказала надежду, что в нашей стране должны появиться свои журналы мирового уровня на русском языке.

МЕЖДУ ТЕМ

В четверг состоится вручение премий «Профессор года» в 16 номинациях — в соответствии с различными научными дисциплинами. Как стало известно «МК», среди номинантов Зоя Решетова — профессор психфака МГУ, более 70 лет отдавшая преподавательской деятельности в высшей школе, ей недавно исполнилось 100 лет, губернатор Тамбовской области, профессор, ученый-экономист в аграрной сфере Александр Никитин, профессор Андрей Вербицкий из Университета им. Шолохова и многие другие.

Источник

COMMENTS

WORDPRESS: 0
[an error occurred while processing the directive]